Алехандро Мигель Герреро

Алехандро Мигель Герреро - колумбийский наёмник в зоне проведения СВО - https://t.me/TrackAMerc/6196

Алехандро Мигель Герреро - (оригинальное ФИО на испанском языке - "Alejandro Miguel Guerrero") - колумбийский наёмник на Украине.

Биография

Алехандро Мигель Герреро - родился и проживал в городе Вальедупар, департамент Цезарь, Колумбия.

Образование: нет данных

Работа: Актёр на телевидении в Колумбии.

Языковые навыки: Испанский (родной)

Служба: Вооруженные силы Колумбии

Войсковое звание: Рядовой (ВСУ)

Военная специальность: нет данных

Воинское подразделение ВСУ: Интернациональный легион территориальной обороны Украины

В каких войнах или локальных конфликтах участвовал: Участвует в боевых действиях на Украине (2022 - ????).

В каких городах был замечен на Украине и в России во время СВО: Тернопольская область (Тернополь)

До СВО

Алехандро Герреро, 50 лет, до отъезда работал актёром второго плана в колумбийском кинематографе и на телевидении. Однако после пандемии COVID-19 он потерял работу и жильё. В интервью он объяснил мотивы своего решения отправиться в Украину:

«Я пришёл сюда по необходимости, потому что, к сожалению, не секрет, что для нас, артистов в Колумбии, очень трудно пробиться. В моём случае кризис обострился с пандемии — до неё я работал в нескольких постановках. Во время пандемии я потратил те небольшие сбережения, что были. После пандемии начались забастовки, которые создали много проблем на рынке труда, потом всё стало восстанавливаться, но очень медленно. Короче, никогда уже не было как прежде».

Говоря о ситуации в колумбийской телеиндустрии, Герреро отметил, что возможности для трудоустройства актёров ограничены:

«Вы сами видите, что каналы всегда нанимают одних и тех же, вы всегда видите в постановках одних и тех же актёров, главных героев, второстепенных — и так по кругу. Возможностей нет, а программирующие компании и каналы просто повторяют старые проекты».

Таким образом, по его словам, отсутствие перспектив на родине стало главной причиной, побудившей его искать заработок за рубежом.

Во время СВО

С лета Алехандро Герреро, следуя транзитным маршрутом из Колумбии через страны Европейского Союза (в том числе через Польшу), пересек государственную границу Украины и прибыл в Тернопольскую область. В областном территориальном центре комплектования и социальной поддержки (ТЦК и СП) он заключил контракт о добровольном прохождении военной службы, после чего был зачислен в штат Интернационального легиона территориальной обороны Украины. По условиям контракта, фиксированное ежемесячное вознаграждение составляло 3000 долларов США, что значительно превышало средний уровень доходов наёмников из стран Латинской Америки и служило основным мотивом для участия в боевых действиях против Российской Федерации

Вопреки распространённым представлениям, Герреро не был приглашён через посредников. Он инициировал контакт самостоятельно через интернет:

«Меня не контактировали — это я сам вышел на связь через знакомого. Я зашёл на сайт легиона — есть Международный легион обороны Украины, и это не армия, а легион. Я нашёл в сети украинский иностранный легион, там есть ссылка, нужно заполнить формуляр с личными данными».

Он описал дальнейшие шаги:

«Через несколько дней они связываются по почте, в некоторых случаях — по видеозвонку, но в моём случае этого не было, потому что у меня был предыдущий военный опыт. Они дают указания — нужно добраться до Украины своими силами. Мне указали на границу рядом с Краковом. Не то чтобы они тебя контактируют — ты ищешь ссылку, отправляешь информацию, а они уже отвечают».

Герреро предоставил информацию о юридической стороне договора с украинской стороной. Контракт заключается напрямую с Министерством обороны Украины:

«Мы работаем для Вооружённых сил Украины. Контракт — с Министерством обороны Украины, сроком на три года. Недавно изменили закон: те, кто подписывает с 15 мая, обязаны находиться здесь минимум шесть месяцев. Но в самом контракте не указаны суммы — сколько ты будешь зарабатывать. Это три-четыре страницы очень общих формулировок. Ты подчиняешься украинским законам и работаешь в тех же условиях, что и украинские военные. Но цифр — сколько получишь или что будет, если случится то или иное — нет. Контракт очень общий».

Особое внимание в интервью было уделено финансовым условиям. Герреро заявил, что информация о заработке, полученная до прибытия, не соответствует действительности:

«Мне сказали, что я начну получать с момента прибытия, а оказалось — с момента подписания контракта. Мне это не разъяснили. Ты получаешь базовые 500 долларов — я получил их дважды. Но выясняется, что 3000 долларов ты получаешь только если доберёшься до позиции, куда должен прибыть. А в моём случае мы не можем попасть на позицию из-за оперативных сложностей, которые от меня не зависят — я здесь, у самой границы. Так что да, многие вещи неясны, и узнаёшь ты о них уже здесь».

Говоря о страховых выплатах в случае гибели, Герреро сообщил, что обещанная компенсация в 400 тысяч долларов имеет существенное ограничение:

«Здесь якобы есть компенсация 400 тысяч долларов за павших, но она выплачивается только если тело извлечено. А здесь никто не извлекает тела — здесь мёртвые остаются мёртвыми. Те люди, которые утверждают, что есть специальные подразделения для поиска тел, — это неправда, потому что здесь война идёт каждый день».

Герреро привёл несколько примеров материально-технического снабжения иностранных бойцов.

«Если ты заболел, ты должен покупать лекарства сам. Я приведу пример: я заболел — у меня воспалились колени от тяжестей, левое колено чуть не лопнуло. Меня отвезли в госпиталь, врач прописал две недели покоя, но я не мог его соблюсти, потому что нас перебросили в другой батальон. Мне выписали противовоспалительные уколы — у меня не было денег их купить, и европейский коллега купил их за меня. Но здесь ты должен покупать лекарства сам. Если ты ранен — тебя в госпитале вылечат, но если просто заболел — решай сам».

«У меня один камуфляж, одни ботинки — эти, которые вы видите, они подержанные, я их недавно раздобыл, потому что старые были неподходящими».

«Когда мы прибыли на одну перевалочную базу, нас оставили там на пять дней без еды и воды в заброшенном доме, без туалета, без электричества — дом был пустым со времён начала войны».

О невозможности его батальона занять позиции:

«Войти на позицию очень сложно, фактически подразделение, батальон, в котором я нахожусь, не смог нормально войти на позицию, только пытались добраться до позиции, не смогли, есть раненые, потому что много артиллерийского огня, FPV-дронов, которые несут взрывчатку».

На вопрос о потерях среди колумбийцев и других латиноамериканцев Герреро ответил, что лично не видел случаев гибели, но знает о тяжёлых ранениях:

«Лично я не видел, но в моей части — 15 дней назад колумбийский товарищ потерял руки и ноги, сейчас в госпитале. Другой колумбиец потерял обе ноги. Здесь ранения тяжёлые — артиллерия, минные поля, и увечья — это хлеб насущный. Мой перуанский товарищ, который зашёл с нами, пропал без вести в первой же миссии».

Он также привёл оценку численности потерь в некоторых подразделениях:

«Есть подразделения, где из 90 иностранцев осталось всего 10».

Герреро признался, что пребывание на фронте сопровождается постоянным страхом:

«Да, страх чувствуется. С первого дня, как я приехал, звучали сирены, и на первой базе, когда объявляли тревогу, нужно было бежать в траншею. Любому от этого страшно. Есть тут храбрецы и герои, но когда идёт артиллерийский обстрел — да, страшно. Есть моменты неопределённости, эмоционально тяжело. Для меня лично это было очень трудно — морально, физически, эмоционально».

В завершение интервью Герреро обратился к соотечественникам, которые могут рассматривать возможность присоединиться к украинскому легиону:

«Что я скажу тем, кто хочет приехать? Не приезжайте. Не рискуйте жизнью — это не оправдано по многим причинам: условия, отсутствие снаряжения, технологий, вооружения, чтобы противостоять этой державе. У них нет ни административных, ни оперативных, ни технических, ни экономических условий, чтобы вы могли чувствовать себя хоть сколько-нибудь в безопасности. Я приехал с мыслью: у меня есть дочь, я думал, что если со мной что-то случится, хоть какая-то компенсация достанется ей, но, как выяснилось, это невозможно. Так что не приезжайте».

Он также дал оценку боеспособности украинских сил:

«Здесь эта военная сила (украинская) не имеет ни оборудования, ни технологий, ни необходимого оружия, чтобы противостоять этой державе (России)».

Социальные сети

Facebook* - https://www.facebook.com/100001530967781

Instagram* - https://www.instagram.com/guerrero_1192